В этом сентябре Мексика раздуплилась свежачком — вышел новый закон о регулировании азартных игр. При этом старый закон датировался аж 1947 годом и совершенно не работал: местная министр от этих приколов так взбесилась, что, по собственным словам, «закрыла 20 казино».
Ну и вот еще ее цитата:
«Прежде всего, я хочу от вас, чтобы вы, пожалуйста, не подкупали сотрудников Секретариата внутренних дел, потому что я закрою ваши предприятия и посажу в тюрьму всех ваших коллег, получающих от вас деньги»
При всем этом работать в Мексике до сих пор невозможно как по лицензии, так и оффшором
Если посмотреть, какие варианты есть у бизнеса, чтобы выходить на Мексику, то обнаруживается только два варианта — через SEGOB (местный МВД) или минуя SEGOB.
Первый вариант предполагает, что у казино есть ФИЗИЧЕСКИЙ представитель прямо внутри Мексики. Ну, то есть некий офис, откуда ведутся различные операции — это своего рода лицензия с условием отдавать 50% от GGR.
Да-да — половину бабок отдавать Мексике вот чисто по приколу
Второй вариант, по мнению Закона, тоже очень удобный. Допустим, физического представительства у бизнеса нет, — да и лицензии у него нет никакой, — SEGOB его просто послал в жопу.
Тогда все еще веселее: можно пойти просто через местную налоговую. И платить еще более крутой налог — 50% от всех полученных от игроков сумм без вычета выигрышей. Это absolute математика, баснословные цифры и тотальная шизофрения.
Еще прикольный факт — Мексика научилась трекать игроков только благодаря Уберу
Ведь с белых сервисов тоже надо получать какой-никакой налог. Под это сложилась определенная инфраструктура, потому что Убер физического представителя в Мексике не имел (сотрудников-то жалко сука!). Услуги оказывались, типа, дистанционно.
Так что с Убера и Нетфликса Мексика додумалась тянуть НДС, когда доперла, как вообще трекать юзера внутри страны. И теперь предлагает по той же системе заходить на рынок разным казино — ну без лицензии то есть
Журналисты очень удивляются, что ни одно казино пока не вступило на эту кривую дорожку. Ну, посмотрим, что будет — Латам есть Латам.